Мировой трампизм

Перевод отрывка из статьи Foreign Affairs.В нем рассказывается про краткую экономическую историю Запада после Второй мировой войны.

В конце Второй мировой войны Соединенные Штаты и их союзники решили, что устойчивая массовая безработица представляет собой экзистенциальную угрозу для капитализма и ее необходимо избегать любой ценой. Для этого их правительства повсеместно стремились к полному трудоустройству и в качестве главной переменной политики выбрали поддержку безработицы на низком уровне, составляющем примерно четыре процента. Проблема заключается в том, что концентрация на любой переменной со временем подрывает значение самой переменной — явление, известное как закон Гудхарта.

Задолго до Гудхарта, экономист по имени Михал Калецки, уже предсказал такой результат. Еще в 1943 году он утверждал, после того, как вы начинаете поддерживать полную занятость, частая смена работы для работников становиться с течением времени распространенным явлением. Заработная плата в таком мире должна постоянно повышаться, чтобы удержать сотрудников на рабочем месте, и единственным способом, которым бизнес может компенсировать высокие зарплаты, является повышение цен. Это механизм ценовой инфляции, когда заработная плата и цены провоцируют рост друг друга, появился в 1970-х годах и совпал с окончанием Бреттон-Вудской системы и последующими нефтяными потрясениями, вызвавшими высокую инфляцию в богатых странах Запада в 1970-х годах. Короче говоря, система подорвала себя, как предсказывали Гудхарт и Калецки. По мере того как страны все сильнее и сильнее стремились к достижению полной занятости, инфляция разгонялась все быстрее, а прибыль уменьшалась. 1970-е годы стали своего рода «раем должника». По мере роста инфляции долги падали в реальном выражении, а доля трудовых ресурсов в национальном доходе росла до рекордно высокого уровня, тогда как корпоративные прибыли оставались низкими и страдали от инфляции. Профсоюзы были мощными, и неравенство резко упало.

Но если это было прекрасное время, чтобы быть должником, это было ужасным временем для кредиторов. Инфляция действует как налог на доход от инвестиций и кредитования. Неудивительно, что в ответ работодатели и кредиторы мобилизовали и финансировали рыночную революцию, в которой цель полной занятости была отброшена в пользу стабильности цен (инфляции), для восстановления стоимости долга и повышения дисциплины работников посредством безработицы. И это сработало. Новый порядок стал называться неолиберализмом.

В течение последующих тридцати лет мир был превращен из рая должника в рай кредитора, где доля капитала в национальном доходе выросла до рекордно высокого уровня, поскольку доля труда упала, и заработная плата перестала расти. Производительность выросла, но вся прибыль пошла в капитал. Профсоюзы были раздавлены, в то время как возможности рабочей силы по увеличению зарплаты почти исчезли из-за двойного шока: ограничительного законодательства и глобализации производства. Роль парламентов, в свою очередь, была сведена к пустой болтовне, в то время как центральные банки и политики-технократы вырвали контроль над экономикой у правительства.

Но закон Гудхарта никуда не исчез. Точно так же, как концентрация на полной занятости не оправдала себя, то же самое произойдет, если инфляцию сделать главной целью политики.

В мире дезинфляции кредит стал очень дешевым, и частный сектор массово вырос — долг домашних хозяйств в Соединенных Штатах сейчас составляет 12,25 триллиона долларов. Это обычная история для развитых стран. Наемные работники теперь имеют слишком много долгов в условиях, когда заработная плата не может подняться достаточно быстро, чтобы уменьшить эти долги. Между тем, в дефляции происходит противоположность тому, что происходит при инфляции. Стоимость долга увеличивается, а способность погашать эти долги снижается.

Таким образом, мы видим, что происходит смена власти между кредиторами и должниками, поскольку антиинфляционный режим последних 30 лет подрывает сам себя — то, что мы могли бы назвать «месть Гудхарта». В этом мире выплаты долгов падают, и кредиторы беспокоятся о своих доходах, требуя погашения долга любой ценой. Макроэкономически это усугубляет ситуацию: должники не могут платить, но политически, и это имеет решающее значение, оно наделяет должников силой, поскольку они не могут платить, не платят и по-прежнему имеют право голоса.

Глобальное восстание против элиты вызвано не только отвращением, потерей и расизмом. Оно также обусловлено самой глобальной экономикой. Это глобальное явление, которое отмечает прежде всего одно. Эпоха неолиберализма окончена. Эра неонационализма только началась.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s